Отку́да-то издалека́ донёсся до меня́ Ко́лин го́лос:
– Сини́цына, пойдёшь «Меч и кинжа́л» смотре́ть, мы с Коси́цыной на тебя́ биле́т взя́ли?
– Како́й ещё «Меч и кинжа́л»? Вы же на като́к пошли́!
– С чего́ ты взяла́? Коси́цына сказа́ла, что ты за́нята и на като́к не пойдёшь, тогда́ мы реши́ли взять биле́ты в кино́ на двена́дцать со́рок.
– Так вы в кино́ пошли́?!
– Я же сказа́л…
– И на меня́ биле́т взя́ли?
– Ага́. Пойдёшь?
– Коне́чно, пойду́! – закрича́ла я. – Коне́чно! Ещё бы!
– Тогда́ дава́й скоре́е. Че́рез пятна́дцать мину́т начина́ется.
– Да я ми́гом! Вы меня́ подожди́те обяза́тельно! Ко́ля, слы́шишь, подожди́те меня́, я то́лько стишо́к перепишу́ и примчу́сь. Понима́ешь, я стихи́ написа́ла, настоя́щие… Вот сейча́с приду́ и прочту́ вам, ла́дно?.. Приве́т Лю́ське!
Я как панте́ра ри́нулась к столу́, вы́рвала из тетра́дки ещё оди́н лист и, волну́ясь, ста́ла перепи́сывать всё стихотворе́ние за́ново:
Како́е не́бо си́нее,
И па́дает снежо́к.
Пошли́ мы с Лю́ськой, с Ко́лею
Сего́дня на като́к.
И му́зыка греме́ла,
И мча́лись мы втроём,
И за́ руки держа́лись,
И бы́ло хорошо́!
И лёд сверка́л под на́ми,
Смея́лись мы – хи-хи́,
И мы по льду бежа́ли,
Прово́рны и легки́!
Я поста́вила то́чку, торопли́во сложи́ла листо́к вче́тверо, су́нула его́ в карма́н и помча́лась в кино́.
Я бежа́ла по у́лице.
Не́бо на́до мной бы́ло си́нее!
Па́дал лёгкий искри́стый снежо́к!
Свети́ло со́лнце!
С катка́, из репроду́кторов, доноси́лась весёлая му́зыка!
А я бежа́ла, раска́тывалась на ледка́х, подпры́гивала по доро́ге и гро́мко смея́лась:
– Хи-хи́! Хи-хи́! Хи-хи-хи́!
