предпримут?
А ведь что-то точно сделают. Но ЧТО?!
Убивает неизвестность.
Я плюнула – и позвонила деду.
– Привет, мелочь.
– Привет, Мафусаил!
– О! Это правильно! Уважай меня! Что скажешь?
– Все плохо.
– Конкретнее?
Я одним духом выложила все про ИПФ. Хорошо, когда можно с кем-то посоветоваться! Дед призадумался. А потом фыркнул в трубку.
– Так. Это все – к Мечиславу.
– А с мамой что делать?
– Я ей рассказал сказку про маньяка, ты помнишь.
– Помню.
Действительно, мы понимали, что все время маме морочить голову не получится. Она у нас сторонница самостоятельности детей, поэтому многое сходило мне с рук. Но до определенных пределов. Рано или поздно она должна была прозреть. А вот насколько…
Мы и придумали эту сказочку.
– Сказать, что этот поп помогал тебе в период реабилитации. И активно пытался тебя затащить в монахини, позарившись на мои деньги?
– Прокатит?
– Должно. Заодно она поймет, почему с ним не стоило откровенничать.
– Логично. Дед, ты у меня умничка…
– Я знаю.
– Но это уже ничего не исправит.
– Зато на будущее поможет. Знать бы ранее…
– Ладно. Примем эту версию. Как зовут ИПФовца?
– Отец Павел.
– Запомню. Вечером придешь?
– Забегу.
– Вот и отлично. До вечера.
– Пока.
Я щелкнула кнопкой телефона. Вроде пока нормально
