Kitobdan iqtiboslar Сердце самой темной чащиmuallif Оксана Заугольная
Ну уж нет, — разозлилась Василиса. — Раз уж он меня отпустил, так тому и быть. Захочет обратно позвать — упрямиться не стану. Конь его быстрый — враз до края земли, не то что до любого места нашего царства донесет.
— Ведьма, — вздохнула куколка. — Матушка ее такой же была, батюшка трижды сватов засылал.
4 kishiga yoqdi
Это что же, он решил, что я навсегда ухожу, и даже не подумал меня остановить? — дрожащим голосом спросила она. Ей захотелось кричать и ногами топать, да так, чтобы снова скрывшийся в своей башенке Кощей непременно услышал. — Это значит, что не нужна я ему совсем и мне лишь казалось, будто искра между нами проскользнула…
Если бы у Найдена были руки, он бы непременно ими всплеснул.
— Василиса Премудрая! — проскрипел он. — Да между вами не искра, а пожар лесной, да такой, что все звери и нечисть в чащу попрятались, чтобы не сгореть ненароком. Только неужто Кощей тебя неволить должен был, чтобы ты в его чувства поверила? Разве не тебе он про кольцо говорил?
1 kishiga yoqdi
Она может оказаться твоей смертью, — заметил Тень, наконец отходя от ложа, на котором ни жива ни мертва лежала Василиса.
— Может, — не стал спорить Кощей. — Но я готов рискнуть. Лучше уж снова смерть, чем такая жизнь
1 kishiga yoqdi
Видят небеса, если встретим царевича какого или старушку, которой помочь надо, я буду бить их этим дрыном, пока не выдохнусь, — призналась Василиса.
А Кощей захлопнул сундук, и Василиса наконец увидела, что он держит на ладони. Кольцо.
— Я хотел спросить, Василиса… — начал он, но язык колдуньи снова оказался быстрее.
— Кольцо из сундука, в котором может рыться любая девица, добравшаяся до твоих хором? — возмутилась она. — Нет уж, навий царь! Я выйду за тебя, когда ты найдешь кольцо, которое не надевала до меня ни одна девушка, которое кузнец не ковал!
— Василиса! — ахнул Кощей.
— Кощей! — показала язык Василиса,
Пока твое сердце будет моим, Кощей, я хочу, чтобы у тебя оставалось мое. И пусть оно не бессмертное и вряд ли переживет, если ты его разобьешь, я хочу, чтобы ты хранил его
Я не знаю, что это, Василиса, — наконец произнес Кощей, и его лицо снова сделалось живым. — Только с момента, как я тебя увидел, сердце мое стало биться иначе. Оно рвалось к тебе, будто с рождения двигалось лишь для того, чтобы принадлежать тебе. И пусть я не знаю, что такое любовь, но мое сердце, как и сердце самой темной чащи, навсегда будет принадлежать тебе. И тебе решать, что с ним делать — бросить к ногам или…
Он снова замолчал, и вновь Василисе показалось, будто он стал каменным изваянием, показалось, будто одно лишнее слово — и эта безмолвная громада, бессмертный и мрачный навий царь, рассыплется на мелкие осколки.
— Я только слышала про любовь, — призналась в ответ Василиса. — И я не знаю, что чувствую сама… Только вот два сердца — это слишком много для одной колдуньи, Кощей
Любишь ли ты меня, Кощей? — И замерла, напуганная своим вопросом.
Ворота девиц пропускают, — тотчас открестился от девицы навий царь. — Тропки к моим хоромам выводят. Я тут царь, вот они и идут все ко мне.
— Ходили, — ответила Василиса, сурово сдвинув брови. Не знала она, что в ярости своей до того красива стала, что Кощей так залюбовался, что и слова вымолвить не мог. — Теперь не будут. В твоем доме хозяйка появилась
В его объятия она соскользнула с коня и на его руках пересекла двор.
— Это все-таки был ты, — прошептала Василиса, прижимаясь к плечу и вспоминая, как на чьих-то руках плыла словно на лодке своей памяти. — В тот день. Это ты нес меня на руках, Кощей, не Тень!
И снова дрогнули губы. Так он еще и снова вспомнит, как смеяться!
— Я бы не доверил нести сокровище мое, сердце мое какой-то там Тени, — ответил он и добавил, оглянувшись туда, где по ступенькам стелилась тень. — Уж прости, друг мой, но сердце у меня только одно, и я его никому не доверю