Вьетнамерение
Самолет «Ил-86» рейсом Москва — Хошимин летом 1994 года летел десять часов и совершал промежуточную посадку в Дели. Так начинается рассказ Александра Беляева о детских и юношеских годах, проведенных во Вьетнаме — стране, уже пережившей войну и колониальный опыт. Центральный рынок «Бен Тхань», известный среди советских как «Сайгон-базар», рынок в «Тхань Де», где можно купить настойки на змеях, гекконах и морских коньках в огромных стеклянных бутылях, уличные забегаловки, где подают «супчик фо», «супчик лао» и «сайгонские блинчики», вечерние дискотеки, на которые съезжалась молодежь на роскошных мотоциклах типа «Хонда-стид» и «Ямаха-вираго», где танцевали под Ace of Base и Dr. Alban… Автор дает памяти отфильтровать все лишнее и оставить самые выразительные детали, выхваченные взглядом растерянного ребенка. И в то же время этот взгляд, переданный уже сформировавшимся автором, не менее пристально сфокусирован на окружающих рассказчика взрослых — советских людях, вдруг оказавшихся в постсоветском мире. Александр Беляев — поэт, переводчик, японовед, теоретик и практик ориентального письма, автор книг «Листья гинкго» и «BUNGEIRON. Взгляд на японское письмо».
Yosh cheklovlari: 16+
Nashr sanasi: 2024
nashriyot: Новое литературное обозрение
Seriya: Письма русского путешественника
Qogʻoz sahifalar: 111
Bu seriyada
Taassurotlar 16
Не могу сказать, что я под большим впечатлением от этой книги. Это сборник воспоминаний, часто обрывочных, русского мужчины, который провел много детского времени во Вьетнаме. Поскольку я читала её будучи во Вьетнаме, с чем-то из его воспоминаний сравнивала свои переживания этой страны. Но глобально рекомендовать её кому-то для изучения культуры Вьетнама, например, не могу.
👍Tavsiya etaman
Интересно почитать, как дневник впечатлений и немного философских вопросов автора к самому себе в первую очередь. Скорее понравилось. Коротко. Читается легко.
Iqtiboslar 68
Видят ли все эти исступленно танцующие
и одержимые злым духом религии люди
Великий танец, который бог исполняет
на сцене вселенной?
1 kishiga yoqdi
расстаться с носками московскому ребенку психологически не так-то просто, на это ушли месяцы.
В оригинале сохранились: «супчик фо» (самый вкусный в Сайгоне разливали аккурат за забором нашего консульства: в эту уличную забегаловку мы с мамой или с тетей Аней часто наведывались по окончании моих уроков), «супчик лао» (это такой рыбно-ананасовый суп, подающийся на алюминиевой печке-жаровне с углями), на это памяти еще как-то хватало. Ну, «битет» — это понятно, бифштекс. Но как будет «креветки в тесте» или «лягушачьи лапки в кляре»? Не помню. Вкус помню — об этом ниже, — но слов не помню.