Kitobdan iqtiboslar Сегодня – позавчера. Испытание временемmuallif Виталий Храмов
– Родина, Род, Отчизна, Дом Родной, За Державу обидно, За Царя и Отечество, За Сталина, Постоим за Землю Русскую. Просыпается особый тип человека. Что встанет один поперёк дороги целой армии. Как тот круглолицый узкоглазый десантник, что перекрыл дорогу грузинской армии. Один. С пулемётом наперевес. Лицо азиатское, но тоже русский. Больной, сумасшедший, отчаянный, безбашенный, русский. Нужное прилагательное – сам подчеркни. Потому что там, за его спиной – дети и жены. Отцы и матери. Все мы в такой момент слышим эту торжественную музыку в душе. Все мы преображаемся. И мы уже не мы. А если всё закончилось – не понимаем, как смогли решиться на подобное безумие?
Когда сидишь на диване с бокалом пива, все они – ёжнутые психи. А когда ты знаешь, что между смертью и тобой только эти ёжнутые, тогда они – герои. Спасители. Защитники. Герои. Все герои. И эти писари и водители кобыл, что идут за мной через ночное минное поле – герои. Все.
У всех русов – неустойчивая психика. Как только вопрос стал ребром – или-или – всё, нет больше спокойного и рассудительного индивидуума. Есть отчаянный герой, у которого мозги набекрень. Деньги, уют, шмотки, тёлки, тачки – пустой звук. Все обычные, вожделенные ценности цивилизованного человека – пустой звук. Начинаются шизофренические мантры
Как же он проклинал этого коммуниста, как же проклинал тот день, когда банда красных дикарей напала на его лагерь, как же проклинал своё знание языка противника, что не дало красным растерзать его, как остальных охранников лагеря!
– Что-то в этом твоём ожидании смерти есть, – сказал старшина, запихивая мой нож себе за пояс на спине, – у меня побудет.
интересное кино? Французы, китайцы, русские. Культурная экспансия американцев остановилась. Сами американцы теперь «болеют» – то самураями, то китайским созерцательством, то русской непосредственностью. Только не прагматизмом NASP. Каким мы видим американца сейчас
у, лью спиртом на рану, на резину противогаза, прижимаю к ране.
– Держи та
ердце – справа. Порок сердца. Потому и толстый.
Бывает же!
– Всё, молчи
