Герой нашего времени. С комментариями аспиранта Литературного института имени А.М. Горького
Михаил Лермонтов

Максим Пинскерva boshqalar

95.4K

Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

Михаил Тихоновva boshqalar

65.6K

Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

Алексей Аграновичva boshqalar

14.2K

Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

Игорь Драпаплюкva boshqalar

6.1K

Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

Ю. Заборовскийva boshqalar

4.3K

Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

Дмитрий Камалетдиновva boshqalar

2.7K

Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

Вадим Цимбаловva boshqalar

1.3K

Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

Людмила Солохаva boshqalar

497

Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

Герой нашего времени. С комментариями от проекта «Полка»

229K

Герой нашего времени. С комментариями от проекта «Полка»

Михаил Лермонтов

Классики и комиксы. Герой нашего времени

14.3K

Классики и комиксы. Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

1.1K

Герой нашего времени

Михаил Лермонтов

152

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

👍👎

Taassurotlar88

Кириллtaassurotlarni ulashish5 oy oldin

Absolute peak... Печорин – literally me.

Zarina Kurbonovataassurotlarni ulashish10 oy oldin

👍Tavsiya etaman

Прекрасная книга

Аннаtaassurotlarni ulashish11 oy oldin

👍Tavsiya etaman

В течение трех суток не могла оторваться от этого романа , все время возвращаясь к его прочтению. Он занял почти все мысли и почти все мое свободное время. Печорин, несомненно, глубоко, ярко и многосторонне раскрыт в романе и не смотря на его очевидные отрицательные черты, для меня он все же чертовски обаятельный персонаж. Спасибо Михаилу Юрьевичу и комментатору данного издания за наслаждение словом.

Iqtiboslar4323

Максим Солдатенкоiqtibos olmoqda1 yil oldin

. Я был готов любить весь мир, – меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекла в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду – мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние, – не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой

10 kishiga yoqdi

Ангелина Капустоваiqtibos olmoqda2 yil oldin

Во-первых, они не смеялись, когда он смеялся! Вам не случалось замечать такой странности у некоторых людей?.. Это признак – или злого нрава, или глубокой постоянной грусти. Из-за полуопущенных ресниц они сияли каким-то фосфорическим блеском, если можно так выразиться. То не было отражение жара душевного или играющего воображения: то был блеск, подобный блеску гладкой стали, ослепительный, но холодный; взгляд его – непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен. Все эти замечания пришли мне на ум, может быть, только потому, что я знал некоторые подробности его жизни, и, может быть, на другого вид его произвел бы совершенно различное впечатление; но так как вы об нем не услышите ни от кого, кроме меня, то поневоле должны довольствоваться этим изображением. Скажу в заключение, что он был вообще очень недурен и имел одну из тех оригинальных физиогномий, которые особенно нравятся женщинам светским.

2 kishiga yoqdi

Ангелина Капустоваiqtibos olmoqda2 yil oldin

Портрет Григория Печорина глазами рассказчика. Он был среднего роста; стройный, тонкий стан его и широкие плечи доказывали крепкое сложение, способное переносить все трудности кочевой жизни и перемены климатов, не побежденное ни развратом столичной жизни, ни бурями душевными; пыльный бархатный сюртучок его, застегнутый только на две нижние пуговицы, позволял разглядеть ослепительно чистое белье, изобличавшее привычки порядочного человека; его запачканные перчатки казались нарочно сшитыми по его маленькой аристократической руке, и когда он снял одну перчатку, то я был удивлен худобой его бледных пальцев. Его походка была небрежна и ленива, но я заметил, что он не размахивал руками – верный признак некоторой скрытности характера. Впрочем, это мои собственные замечания, основанные на моих же наблюдениях, и я вовсе не хочу вас заставить веровать в них слепо. Когда он опустился на скамью, то прямой стан его согнулся, как будто у него в спине не было ни одной косточки; положение всего его тела изобразило какую-то нервическую слабость; он сидел, как сидит Бальзакова тридцатилетняя кокетка на своих пуховых креслах после утомительного бала. С первого взгляда на лицо его я бы не дал ему более двадцати трех лет, хотя после я готов был дать ему тридцать. В его улыбке было что-то детское. Его кожа имела какую-то женскую нежность; белокурые волосы, вьющиеся от природы, так живописно обрисовывали его бледный, благородный лоб, на котором, только по долгом наблюдении, можно было заметить следы морщин, пересекавших одна другую и, вероятно, обозначавшихся гораздо явственнее в минуты гнева или душевного беспокойства. Несмотря на светлый цвет его волос, усы его и брови были черные – признак породы в человеке, так, как черная грива и черный хвост у белой лошади. Чтоб докончить портрет, я скажу, что у него был немного вздернутый нос, зубы ослепительной белизны и карие глаза; о глазах я должен сказать еще несколько слов.

2 kishiga yoqdi