Праведный палач: Жизнь, смерть, честь и позор в XVI веке
Джоэл Харрингтон

Toʻliq oʻqish va tinglash

Bepul parcha

Kitob haqida Taassurotlar58 Iqtiboslar914 Oʻqiyapti6.2K Javonlarda

Однажды профессор истории Университета Вандербильда Джоэл Харрингтон на пыльных полках букинистического магазина в Германии обнаружил дневники Мейстера Франца Шмидта, написанные в XVI веке в городе Нюрнберге. В течение 45 лет господин Шмидт убил и искалечил сотни людей. Он работал палачом. Уникальный исторический документ не должен был просто пропасть. Так родилась эта книга о глубоко религиозном человеке, мечтавшем о медицинской практике, прекрасном семьянине и настоящем серийном убийце по профессии. Эта книга серьезно выделяется из целого ряда работ по Средним векам, обрушившегося на нас в последние пару лет. Здесь не просто интереснейшая история своего времени, но и очень современные вопросы — нравственность применения смертной казни, человеческая жестокость и возмездие. Искренние и подробные дневники палача отражают мучительные попытки Франца Шмидта примирить ремесло с верой, рассказывают о понимании справедливости, наказания и человечности в XVI веке и параллельно показывают, как недалеко ушли от Средневековья наши представления.

История Европа

Yosh cheklovlari: 16+

Huquq egasi: Альпина Диджитал (Аудио)

nashriyot: Альпина нон-фикшн

tarjimon: Тимофей Раков

Qogʻoz sahifalar: 313

Oʻxshash kitoblar

Альберто АнджелаЖизнь в Древнем Риме

18+

Олег БудницкийТерроризм в Российской Империи. Краткий курс

18+

Диана КикнадзеТемная сторона средневековой Японии

18+

Полина ЖеребцоваМуравей в стеклянной банке

Николас СтаргардтМобилизованная нация: Германия 1939–1945

18+

Кристофер НоултонЗемля ковбоев: Настоящая история Дикого Запада

Олег ИвикКровь и символы История человеческих жертвоприношений

18+

Джаред ДаймондРужья, микробы и сталь. История человеческих сообществ

Моника БлэкЗемля, одержимая демонами. Ведьмы, целители и призраки прошлого в послевоенной Германии

Мишель СаймсВрачи-убийцы. Бесчеловечные эксперименты над людьми в лагерях смерти

18+

Ниал ФергюсонЗлой рок. Политика катастроф

Игорь ЛужецкийВеликие сожженные. Средневековое правосудие, святая инквизиция и публичные казни

Харальд ЙенерВолчье время. Германия и немцы: 1945–1955

18+

Олег Ивик, Владимир КлючниковХазары: Забытая империя Средневековья

Мэри БирдSPQR: История Древнего Рима

Бертран МариПляска смерти, или История кладбищ

Андрей АксёновПоп Гапон и японские винтовки: 15 поразительных историй времен дореволюционной России

18+

Дэвид ГреберДолг: первые 5000 лет истории

Александра Архипова, Анна КирзюкОпасные советские вещи Городские легенды и страхи в СССР

18+

Рэм БергманВосстань и убей первым: Тайная история израильских точечных ликвидаций

18+

Kitobning boshqa versiyalari1

Праведный палач: жизнь, смерть, честь и позор в XVI веке

Джоэл Харрингтон

Праведный палач: жизнь, смерть, честь и позор в XVI веке

Джоэл Харрингтонva boshqalar

Роман Александровva boshqalar

2.3K

Yana kitob haqida

Исторические книги, которые стоит экранизировать

Гражданская война в вечной мерзлоте, разочарованные парижские мальчики, олигарх Борис Березовский, приключения в пустыне, секс викторианцев

kinopoisk.ru/media/article/4008581/

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

👍👎

Taassurotlar58

Идиятуллин Альбертtaassurotlarni ulashish7 yil oldin

👍Tavsiya etaman

💡Axborot beruvchi

Прекрасный образец исторического научпопа, ещё и на такую неоднозначную тему. Во время чтения иной раз чувствуешь себя неуютно от от уровня жестокости (смертная казнь за воровство, тюрем почти не было!) и невысокой цены человеческой жизни того времени. При этом не оторваться. Тем более основной посыл книги на самом деле гуманистический, и автор в конце правильно говорит, что ужасы средневековья это все да, но почему-то самым смертоносным пока остаётся ХХ-й век.

16 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Евгения Щ.taassurotlarni ulashish5 yil oldin

👍Tavsiya etaman

💡Axborot beruvchi

💧Achinarli

Отличный исторический нонфикшн, интересно и понятно написанный, при этом основанный на глубоком анализе источников. Очень частная история жизни одного нюрбергского палача вписана в контекст своей эпохи и даёт пищу для размышлений не только о пытках и казнях, но и о природе государства и правосудия, о закономерностях развития общества, о сострадание и эмпатии. О том, как хрупок гуманизм и как легко человеческое общество может снова вернуться к самым архаичным и бесчеловечным практикам. Короче, маст рид!

8 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Денис В.taassurotlarni ulashish1 yil oldin

👍Tavsiya etaman

🚀Ajralish imkonsiz

Харрингтон не просто рассказывает читателю историю профессиональной деятельности палача, но глубоко погружает в контекст эпохи, без которого вся затея не имела бы смысла. Великолепно! Научпоп должен быть таким!

2 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Iqtiboslar914

Kirill kozlenkoiqtibos olmoqda1 yil oldin

Одна из осужденных в 1500 году выжила под водой достаточно долго, чтобы освободиться из мешка и приплыть обратно на платформу для казни, с которой ее столкнули. Ее предприимчивое объяснение — «[Потому что] я выпила четыре [литра] вина перед тем… и вода уже не лезла в меня» — не впечатлило присутствующих судей, которые тут же приказали похоронить ее заживо.

3 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Айдар А.iqtibos olmoqda2 yil oldin

Шмидт и его коллеги, как члены магистрата, так и капелланы, ожидали от осужденных преступников одного — признания вины и подчинения власти Бога и государства. В свою очередь, как мирские, так и религиозные судьи обещали отпущение грехов, а значит, искупление. По этой причине в представлениях людей раннего Нового времени понятие «милосердие» могло быть эквивалентно понятию «наказание».

3 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

катя катяiqtibos olmoqda1 yil oldin

Резкое падение числа публичных казней после смерти Майстера Франца имело для его собратьев по профессии как плюсы, так и минусы. Первым эффектом стало снижение спроса на палачей и их жалованья. Однако в долгосрочной перспективе это же привело и к постепенному устранению многих социальных барьеров для ставших вполне легитимными исполнителей государственной воли. К началу XVIII века сыновья палачей уже регулярно принимались в медицинские школы и на обучение другим профессиям. Сами работающие палачи смогли наконец заниматься медициной без ограничений, и Фридрих I Прусский (король Пруссии в 1701–1713 гг.) даже назначил берлинского палача Мартина Кобленца своим придворным врачом, несмотря на энергичные протесты со стороны академических кругов. Позже императрица Мария Терезия (годы правления 1745–1780) признала новый общественный статус палача, издав в 1753 и 1772 годах имперские указы о восстановлении чести потомков палачей и чести самих пала‍

2 kishiga yoqdi

Fikr bildirish