Георгий Владимов: бремя рыцарства

Toʻliq oʻqish va tinglash
Bepul parcha
Книга филолога-слависта Светланы Шнитман-МакМиллин написана в трех жанрах. Повествование о яркой и насыщенной биографии писателя, диссидента и правозащитника Георгия Владимова тесно связано с исследованием его литературных произведений и личным свидетельством — рассказом о дружбе автора с Владимовым. Так вырисовывается портрет одного из наиболее важных прозаиков второй половины XX века и человека, чье гражданское мужество вызывает глубокое восхищение. «Владимов сверяется не с капризным временем, не с переменчивым общественным мнением, а со своим внутренним чувством справедливости. Он понимает все и всех — сложную душу советского водителя, трагедию караульной собаки и драму немецкого генерала». Наталья Иванова «Владимов многое угадал точно, в том числе и то, о чем прежде не писалось. Но последней прозой Владимова остались жизнеутверждающие слова из незаконченного автобиографического романа: “Так, стало быть, не погибает бесследно добро, которого, как известно, люди не прощают… Так еще не все потеряно, господа мои, и рано хоронить надежды”. Он редко ошибался в прогнозах, так что поверим и на этот раз».
Дмитрий Быков

Oʻxshash kitoblar

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

Taassurotlar1

206037 Ира
206037 Ираtaassurotlarni ulashish2 yil oldin
Великолепная книга!
Fikr bildirish

Iqtiboslar12

Я счастлива, что Россия – моя родина. Спасибо, что снова и сильнейшим образом дали мне ощутить, разделить, снова и снова знать – эта глубоко несчастная страна все равно для меня была и будет до смерти самой лучшей на белом свете.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
сколько бы я ни придирался к подробностям, меня мой читательский опыт – да и чужой исторический – научили: правда художника всегда выше, прочнее долговечной правды историка, «спеца», очевидца или соучастника.
Fikr bildirish
Однажды Григоренко, изможденный после тяжелого сражения, увидел, как этот смершевец в лихо сидящей на голове фуражечке и чистенькой гимнастерке, громко отчитывал измученного, измазанного землей и кровью солдата, взмахивая хлыстом, отчего тот вздрагивал. Выдержанный Григоренко вдруг потерял самообладание и, вырвав из рук смершевца хлыст, сломал его и заорал: «А ну вон отсюда! И чтоб духу твоего тут не было! Выпорю этим хлыстом так, что мать родную не узнаешь!» Спросив фамилию солдата, он сразу внес его в список представленных к званию Героя Советского Союза.
Fikr bildirish

Javonda2

Редакция Елены Шубиной
Татьяна Стоянова
Татьяна Стоянова
29 kitob
50
Большая книга 2023 Длинный список
Геннадий Колосов
Геннадий Колосов
17 kitob
12