Услышав мои слова, отец мой, Выдра, который был очень стар, заплакал, как женщина, и обнял мои колени. И с этого дня я стал вождем и шаманом. И был мне большой почет, и все люди нашего племени повиновались мне.
— До того дня, пока не появился пароход, — вставил Мутсак.
— Да, — сказал Одинокий Вождь. — До того дня, пока не появился пароход.
