Любые разрезы, края рукавов, подол, горловина, швы — все это лазейки для злых духов, — повторяла мать, ловко орудуя иголкой. — Шнурок, особенно красный, плотно закроет эти лазейки
Двойня не означала ничего доброго. Дурной это знак. Разделенный надвое дух — с такого толку не выйдет. Будут всю жизнь оба не живые и не мертвые. Да и жизнь одна, поделенная на двоих, у каждого вполовину короче станет.
— Я просто ждала, когда полюбишь меня так, что станет неважно, кто я.
— А я и люблю тебя так. Но кем бы ты ни была, ты скрыла правду. Так отвечай теперь, кто ты такая
