Литературная политика Третьего рейха

Ян-Питер Барбиэн

Сожжение десятков тысяч книг 10 мая 1933 года на Опернплац в Берлине — а затем и по всей Германии, — стало прелюдией к всеобъемлющему процессу утверждения и развертывания тоталитарной политики Третьего рейха в сфере литературы. Используя множество различных источников, историк Ян-Питер Барбиан — главный знаток дискурса об угнетателях и угнетенных, властителях и подвластных, — рассказывает историю о том, как книжный рынок стал важнейшей опорой политической пропаганды. Контроль над писателями, издателями, книжными магазинами и библиотеками, их преследование, а также расцвет самоцензуры: в книге воссоздается подробная картина подавленного диктатурой общества, в котором каждый, кто не высказался против, неминуемо становится функциональной частью системы подавления свободы и независимости, будь то писатель, редактор или даже обычный посетитель библиотеки. … Yana

АудиоЕвропаИстория

Yosh cheklovlari: 18+

Huquq egasi: Издательство ЭКСМО

hikoyachi: Дмитрий Стрелков

tarjimon: Сергей Ташкенов

Nashr sanasi: 2025

nashriyot: Individuum

Davomliligi: 17 st 34 daq

Oʻxshash audiokitoblar

Дэнни ОрбахУбить Гитлера: История покушений

Дэвид Джеймс Стюарт МитчеллНеугомонные: История английских королей и королев

Чайна МьевильОктябрь: История русской революции

Харальд ЙенерВолчье время. Германия и немцы: 1945–1955

18+

Дмитрий ТравинПочему Россия отстала? Исторические события, повлиявшие на судьбу страны

Юрий Львович СлезкинДом правительства. Сага о русской революции. Книга первая. В пути

18+

Карло ГинзбургСыр и черви. Картина мира одного мельника, жившего в XVI веке

Буркхард БилгерОтечество. История о войне, семье и совести в нацистской Германии

18+

Сергей ХодневЕретики: Как церковные распри создали мир, в котором мы живем

Николай ВласовНемцы после войны: Как Западной Германии удалось преодолеть нацизм

Шошана БухобзаЖелание жить. Трагические судьбы узниц лагеря Освенцим-Биркенау

Орен КесслерПалестина 1936: «Великое восстание» и корни ближневосточного конфликта

Чжаньгун СюйПекин. Полная история города

Эрик ЛарсонВ саду чудовищ. Любовь и террор в гитлеровском Берлине

Аркадий ДубновПочему распался СССР. Вспоминают руководители союзных республик

Светлана ВорошиловаВ конке без смартфона: Как выжить в дореволюционном Петербурге

Шейла ФицпатрикСмерть Сталина

Николас СтаргардтМобилизованная нация: Германия 1939–1945

18+

Роджер КроулиБитва за пряности: Как противостояние XVI века определило устройство современного мира

Евгения СмурыгинаДефицит: Как в СССР доставали то, что невозможно было достать

Kitobning boshqa versiyalari1

Литературная политика Третьего рейха

·

Ян-Питер Барбиэн

Литературная политика Третьего рейха

Ян-Питер Барбиэнva boshqalar

18+

5.1K

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

👍👎

Taassurotlar23

Oh là làtaassurotlarni ulashish8 oy oldin

👍Tavsiya etaman

💀Vahimali

💡Axborot beruvchi

Ох. Это большой труд: собрать, написать и прочитать. Книга поражает убористостью и плотностью информации, солидностью источников (30% объема). С каждой страницей страшное узнавание. Эти жуткие практики не умерли, а расцветают. На слух мне было крайне сложно воспринимать: большое количество имен, названий документов (часто на немецком, в моем наборе иностранных языков он отсутствует). Поэтому, если вынужденно переключалась на аудио, после приходилось возвращаться и перечитывать глазами. Страшная книга. И становится страшнее от осознания резонирующей актуальности. Медиа-диктатура и пропаганда, устрашение, контроль над писателями, издателями и всеми звеньями цепочки, цензура и самоцензура, удаление и уничтожение инакомыслящих и неудобных, вовлечение в гос машину и режим, политизация, политическое давление, законодательные драконовские меры, экспроприация изданий, национализация издательств, указания по содержанию и интерпретации событий (особенно в сфере географии и истории, например, в научных и учебных изданиях), просто страх (писать, издавать, читать что-то «не то»). Страх. Стирание морали. Физическое уничтожение. Будьте бдительны и осторожны. ✍️ «В подготовленной в Веймаре 23 октября 1936 года резолюции «Немецкая книготорговля за мир во всем мире» профессиональное руководство книжной торговли призывало запретить производство и распространение книг, «которые, злонамеренно искажая историческую истину, оскорбляют верховного руководителя страны или его народ и порочат институты и традиции, священные для народа». «Томас Манн 27 мая в полном недоумении задался в дневнике вопросом: «Что у этих людей внутри? Если вернуться, будешь чужаком, не знающим, как себя вести. Так странно чувствовать, что пока тебя нет, твоя страна куда-то катится и никак ее не вернуть». «нет никакой собственной политической теории» и что «идеологии, которые он использует или отвергает», были не более чем «технологиями господства», не воспринимались всерьез политическим руководством и использовались в чисто пропагандистских целях». «новой «социальной формы», в которой «правящие группы прямо управляют остальной частью населения, без посредничества такого рационального, хотя и принудительного аппарата, который до настоящего времени известен как государство». Больше не существовало никаких ограничений для частных интересов, эгоизма, увеличения прибыли, коррупции, произвола, эксплуатации и террора» «к беспрецедентной эрозии государственной власти и к уничтожению всех ранее действовавших принципов социальной этики»

7 kishiga yoqdi

Yoqdi

Fikr bildirish

Ulashish

Maria Russkinataassurotlarni ulashish1 oy oldin

👍Tavsiya etaman

Давненько у нас не было отзывов о прочитанном (прослушанном) или я дико отстала от графика) 📚 Отзыв на книгу пункт 29 #светловкачелленндж26 нон-фикшн о литературе или языке: Ян-Питер Барбиан «Книги и люди при диктатуре» (моя 20 книга из 30) Сначала пару слов об авторе. Ян-Питер Барбиан — немецкий журналист и писатель, человек, который долго занимался историей Третьего рейха и, в частности, судьбой интеллектуалов в ту эпоху. Эта книга о том, что происходило с авторами, издателями, библиотекарями, читателями и непосредственно с книгами с 1933 по 1945 год. Это не просто хроника сожжённых костров — это портрет целой экосистемы: одни эмигрировали, другие подстраивались, третьи внутренне эмигрировали, четвёртые становились пособниками. Барбиан показывает, как слово становилось оружием, а молчание — формой выживания. В книге сотни имён — от Томаса Манна до второстепенных редакторов провинциальных газет, — и все они сплетены в единую трагическую паутину. Для меня книга по сложности и времени прочтения (в данной варианте прослушивания) сравнима по сложности с «Посмертными записками Пиквикского клуба». Хотя я отлично понимаю, что по духу эти книги — антиподы. Там — громоздкая викторианская ирония с длиннотами, здесь — плотный поток фактов, имён, дат, названий издательств и журналов. Да, слушать было очень трудно. Не из-за языка (он хороший, даже образный), а из-за количества информации. Каждый абзац мог содержа три новых имени и две ссылки на события, о которых я раньше не слышала, а особенно воспринимать на слух немецкие фамилии, имена, названия местностей, организаций и и т.д. Приходилось буквально по несколько раз переслушивать страницы, чтобы не потерять нить. Но вот что удивительно: книгу совершенно не хотелось бросать. Почему? Потому что за каждым именем стоит человеческая драма, а Барбиан умеет подать её так, что ты сопереживаешь даже тем, кто пошёл на компромисс. Это как расследование, где каждая деталь приближает к пониманию: как вообще образованные люди могли допустить, поддерживать или терпеть этот кошмар? И ещё — в книге много неожиданных поворотов: например, как некоторые авторы ухитрялись печатать иносказательные тексты прямо под носом у цензуры, или как библиотекари тайно спасали запрещённые тома. Моё итоговое ощущение — книга не для лёгкого чтения, а для работы ума. Если есть возможность, то лучше читать в бумаге, в аудиоформате, действительно сложная. Какого- же цвета эта книга для меня? серая? Пожалуй, нет. Скорее, тёмно-коричневая, как старая архивная папка, из которой пахнет пылью и страхом. Но в ней есть редкие проблески света — мужество отдельных людей, которые рисковали жизнью ради строчки. Если вы готовы к интеллектуальному вызову и не боитесь спотыкаться о сноски, это ваш случай. Я благодарна, что не бросила, потому что после неё по-другому смотришь на любую книгу — как на ценность, за которую когда-то ,возможно, платили свободой.

Yoqdi

Fikr bildirish

Ulashish

Александр Пушкинtaassurotlarni ulashish9 oy oldin

👍Tavsiya etaman

Интересно !

Yoqdi

Fikr bildirish

Ulashish

1. Asosiy
2. ⭐️Аудио
3. Ян-Питер Барбиэн
4. 📖Литературная политика Третьего рейха