Все это происходило давно, почти сорок лет назад. Живешь-живешь и видишь, как меняются даже аксиомы. Когда-то ученая дама боролась за свободу выбора между карьерой и материнством. Теперь даже самый отсталый женоненавистник такого не ляпнет: со службы погонят за дискриминацию. Теперь все работают, теперь все, и женщины, и мужчины, разрываются между работой и домом, между ревущим младенцем и озверевшим начальником. Женщина теперь может признаться, что выращивание младенцев ей лично невыносимо скучно. А мужчина — что возиться с младенцами ему интереснее всего. Это очень хорошо, это прогресс. Но, как всегда, доведя мысль до ее логического завершения, люди продолжают мыслить в том же направлении, попадая в зону уже противоположного абсурда. В данный момент дело идет об отмене не только устаревших трафаретов поведения, но и самих категорий: женщина и мужчина.
Счастья, к которому нам велит стремиться американская конституция, все равно нет.
