без приглашения. Её нелепо ждать. Если бы ты знала, как я уговаривал его вчера успокоиться, и он реально успокаивался, словно слышал меня. Записался на приём к психиатру. Станет требовать противотревожные препараты. Подсядет на таблетки, и будет ему счастье. Да и так бы прошло! У человека есть защитный механизм — не сойти с ума; сходят только те, кто от рождения имеет расположенность. Так что с Пашей ничего не случится. Скорее бы приехала его Амалия! Ему мигом полегчает. На девять дней, наверно, не успеет, а вот на сорок наверняка. Наплачется вдоволь… Раньше она слыла сентиментальной плаксой. Паше это в ней особенно нравилось. Потом, глядишь, и свадьбу сыграют. Только уже без меня. Ты всё записываешь в свою тетрадку? Потом не вспомнишь. Не забывай! Если кто случайно тетрадку найдёт — скажешь: «Пишу мистический рассказ о душе, которая готова была добровольно отказаться от рая». Размечтался! Может, прямиком в другое, менее приятное, место… Что, если я навсегда останусь здесь? Я же не наскучу тебе
