Часть третья
Он появился позже других, опоздал, ворвался в комнату, как-то неловко, неуклюже, задел дверной косяк, порвал рукав. Долго извинялся за опоздание, хотел кинуться всем пожимать руки, мы его осадили прочь, садись, давай, бери пирог.
Он закричал, что ему нужен не абы какой кусок пирога, а особенный, его, там, где его событие.
Мы только посмеялись над ним, спохватился, голубчик, раньше приходить надо было, бери, что осталось.
Он настаивал. Назревала драка. Маленькое побоище в раю.
К счастью, он вовремя увидел последний кусок, кусок, который никто не брал. Именно тот кусок, который был так нужен ему.
Там и ничего особенного не было в этом куске, какие-то юношеские мечты, какие-то подростковые комплексы, поздние сумерки, проселочная дорога, вышел из автобуса, зашагал в сторону деревни. Когда за лесом упала звезда. И как дурак побежал по просеке за звездой, почему-то хотелось подобрать ее, как выпавшего из гнезда птенчика…
Короче, всякая чепуха, да он весь и был такой чепуховый, этот, последний, опоздавший.
Он взял свой кусок пирога.
Мы думали, он сядет рядом с нами и будет жевать, блаженно прикрывая глаза.
Он не сел рядом с нами.
Встал и вышел.
Куда-то в никуда.
У него у одного получилось выйти отсюда. Он один видел выход из круглой комнаты.
