И я, воспользовавшись его откровенностью, попросил: «А не могли бы вы мне и о здешней жизни?»
— Разговор на английском?
— Конечно. Но когда о школе — на немецком.
— До чего помогает знание языков!
— Еще как. А нам особенно. И его необходимо в совершенстве знать. Особенно в процессе вербовки: ты сможешь найти те единственно верные и искренние слова, которые лягут человеку на душу. Выбрать правильный тон и нужное построение беседы. Если это интроверт — форма беседы одна. Если холерик — другая, флегматик — диаметрально противоположная.
— Допустим, попался холерик. И что?
— С ним начинаешь сразу: в мире очень сложная обстановка, поэтому надо сделать то, то и еще то. Он моментально схватывает суть. А если флегматик, то разговор подольше: ты знаешь, хорошо бы сделать и то, и то, и хорошо бы это выполнить, потому что в мире вот такая обстановка. Ему нужно все обосновать, тон — мягкий. Обрисовать обстановку подробно. И только после этого он понимает: действительно, нужно помогать. Обычно перед очередным выездом в командировку я сидел в кухне, и жена все спрашивала: поздно, пора спать, а ты о чем-то сам с собой говоришь, прямо болтаешь. Ты что, чокнулся? И я ей тихо: Галя, я не чокнулся, я работаю, проигрываю беседу с будущим кандидатом на вербовку. Когда я шел к нему, я уже знал, о чем и как говорить. Так что язык — основа.
