Мать не дорожила своим состоянием и предоставила отцу распоряжаться им по своему усмотрению, ограничившись делами благотворительности и улучшением жизни наших крестьян. Можно предположить, что, если бы она выбрала себе другого супруга, то могла бы сыграть значительную роль не только в России, но и во всей Европе.
«Чем больше Небо вам дало, – часто говорила нам она, – тем больше у вас обязательств перед людьми. Будьте скромны, и, если имеете в чем-то превосходство, не показывайте этого тем, кто одарены, возможно, менее щедро».
Во время реставрационных работ, предпринятых моими родителями в конце прошлого века, был обнаружен вход в знаменитое подземелье. Когда в него проникли, то увидели впереди длинный коридор с целым рядом прикованных к стенам скелетов.
Дабы быть уверенным, что они нигде больше не построят подобное чудо, Иван Грозный в благодарность двум архитекторам приказал отрезать им языки, отрубить руки и выколоть глаза. За приступами жестокости этого безжалостного государя всегда следовали угрызения совести и суровые покаяния; впрочем, он был при этом человеком редкого ума и великим политиком.
Наш московский дом был построен в 1551 году царем Иваном Грозным. В то время его окружал лес, и служил он охотничьим домиком. Многокилометровое подземелье соединяло его с Кремлем. Его архитекторами были Барма и Постник, которым Москва обязана знаменитым собором Василия Блаженного.
Несмотря на разницу лет между нами, леди Райпон питала ко мне большую дружбу, часто телефонировала мне, попросить помочь в устройстве ее приемов и уик-эндов.
Однажды она устраивала обед для королевы Александры и многочисленных членов королевской семьи, а вечером того же дня ожидала к себе Дягилева, Нижинского, Карсавину и весь русский балет.
