Они не задавали вопросов и не произносили лишних слов — просто встроились в его путь, сомкнули строй, стали частью дороги, частью поручения, которому теперь было имя и вес.
Я развязала один мешок — мука! Сухая, бархатистая, с тонким ореховым ароматом, в котором чудился ещё и солнечный жар на твёрдой почве, скрип жерновов и пот жнеца.
