Не то, чтобы я «потеряла вкус к жизни», просто здравый смысл подсказывает — не бери на себя непосильных задач. Стоит ли заниматься ими в оставшиеся годы? Смерть может явиться гораздо раньше, чем ты предполагаешь. Но здесь многое зависит от того, что вы за личность и нравится ли вам ваша работа. Себя я отношу к тем, кто получает от работы удовольствие, и рак всего лишь помог мне найти занятие по душе, в отличие от того, чем я занималась до болезни. Взять хотя бы эту книгу. Или другую — «Последнее желание», где я рассказала о последних днях своей мамы. И обе они имели успех, хотя поначалу никто в это не верил. Помню, работая над книгой, я не раз говорила себе — пусть ее ждет провал (в душе, разумеется, надеясь на лучшее), но я обязана ее закончить. Мне самой было важно поведать миру эти истории. И все время меня подстегивала мысль — успеть, пока болезнь вновь не выпустила когти.
А еще постигшее несчастье научило меня разбираться в мужчинах, окончательно разрушив мой девичий мазохизм. Получив однажды сокрушительный удар от представителя мужского рода по имени «рак», вы уже не захотите сносить взбрыкивание своих поклонников, и уж тем более мужа. Вне всякого сомнения, мой второй брак, состоявшийся в 1978 году, оказался намного удачнее первого. И дело тут не в везении. Просто выпавшие на мою долю испытания сделали меня эмоционально более зрелой. Да, от брака я ждала чуда, но вовсе не была готова, как раньше, идти ради него на любые жертвы.
Не буду отрицать — успех и удача сделали меня, как никогда, жадной до жизни. А потому, даже если мой рак примет самые ужасные формы, я буду бороться до конца. Но и при таком исходе, оглядываясь на прожитые со времени первой (в 1975 году) операции годы, скажу лишь: они оказались самыми лучшими в моей жизни. Приходится признать — именно болезнь, способная в любой момент убить меня, сделала их такими насыщенными.
