Лиза пожала плечами.
— Понятия не имею. Наверное, мотыльки. Звучит похоже. Получается, что мотыль — это большой мотылёк.
— Значит, нам надо наловить целую банку мотыльков и выпустить около живого уголка. Лёня проголодается и придёт, — решила Рита.
Лиза кивнула.
— А мы устроим ему засаду!
Вместо обеда, вооружившись сачками, они отправились на улицу. Благо стоял май и солнце пригревало совсем по-летнему, уже разбудив всех возможных насекомых. В банке у Лизы с Ритой оказались божьи коровки, несколько больших мух, бабочки-крапивницы и даже один шмель.
— Пойдёт! — решили девочки, глядя на свой улов.
После уроков, дождавшись, когда ученики второй смены разбегутся по кабинетам, они направились к живому уголку. Тут за ними попытался увязаться Костя Рубцов. Пришлось сочинить, что нужно подождать с урока Ритиного брата.
— У них сейчас биология? — прищурился Рубцов.
— Именно! — ответила Лиза. — А что?
— Да ничего. — Он пожал плечами с каким-то слишком уж равнодушным видом. — Понятно.
— Кажется, он что-то подозревает, — прошептала Лиза, когда одноклассник скрылся из виду.
— Вряд ли, — отмахнулась Рита, — просто любопытный.
Засаду девочки устроили на привычном месте — под дверью кабинета биологии.
— Ни один тритон не проскочит, — сказала Рита и решительно открутила крышку банки с насекомыми.
Бабочки, шмель и мухи взвились в воздух и заметались по школьному коридору. Почему-то никто из них не хотел сидеть на полу и ждать, когда его поймает тритон. Через несколько минут насекомые немного успокоились, божья коровка даже села на стену и, к радости Риты и Лизы, поползл
