Мысли звенели назойливыми комарами. Мысли вспыхивали и гасли искрами в темноте. Он, Данил, тоже был в темноте. Он лежал, свернувшись клубочком, где-то внутри самого себя. Снаружи он просто лежал на диване и смотрел в окно. С дивана в окне виднелся краешек дымчатого неба.
