Совершенно справедливо, что Мария-Антуанетта заслужила прозвище «австриячки» не менее, чем императрица снискала себе публичной ненависти как «немка».
Что касается императрицы, то, несмотря на то что она была иностранкой по рождению и воспитанию, окруженная искусственной атмосферой двора, – ввиду чего нет ничего удивительного в том, что она совершенно неправильно понимала чаяния русского народа, – можно сказать с полной искренностью и убеждением, что она чувствовала себя русской из русских, когда симпатизировала ультрареакционной партии и верила в привязанность России к формам самодержавной власти.
