Именно критику и самокритику должны были привнести «маленькие люди» в академический мир, оказавшись на передовой борьбы за чистоту марксизма-ленинизма.
Не секрет, что научное сообщество (впрочем, как и многие другие) выстраивается по своеобразной клановой системе. В среде советских историков это было особенно заметным. Вокруг авторитетных и влиятельных ученых теснились ученики, многочисленные помощники, зависимые научные сотрудники. Сторонники общих концепций также имели свойство группироваться и тесно взаимодействовать, особенно против оппонентов. Такая ситуация не могла не беспокоить власть. Во-первых, это нарушало структурную однородность советской исторической науки. Во-вторых, осложняло управление наукой из‐за регулярных межклановых дрязг. Но были и положительные моменты: наличие ярко выраженных лидеров позволяло транслировать через них в научно-историческое сообщество идеологические требования, через них же контролировать инакомыслящих. Периодически надо было «встряхивать» таких лидеров. Во-первых, для запугивания самих «авторитетов», а во-вторых, для того чтобы другим, менее значимым фигурам, показать всю силу системы. Для «оздоровления» задействовались самые разные механизмы, и «маленький человек» играл в этом не последнюю роль
