Психология самости акцентировала ключевую роль эмпатии в объяснении человеческого развития и терапевтического изменения. Кохут полагал, что пациенты, чьи объекты самости травматическим образом разрушили их ожидания в этой области, нуждаются, прежде всего, в эмпатическом резонансе с терапевтом и понимании их чувств и потребностей. Тем самым терапевт становится для пациента объектом самости, а его неизбежные, но исправимые эмпатические ошибки запускают у пациента процесс преобразующей интернализации, ведущий к формированию к психической структуры самости. Кроме того, понимание терапевтом базового характера самостно-объектных потребностей пациента дает возможность различать, учитывать и эффективно анализировать соответствующие им виды нарциссического переноса, возникающего в процессе терапии.
