Знаешь, когда я был маленьким, я мечтал стать генералом, – сказал я. – Но теперь, узнав, что такое война, я передумал. Пожалуй, я тоже попытаюсь заняться фермерством.
Он улыбнулся. Потом отрезал кусок жареного мяса и дал мне. – Помни, ты должен выжить! Те, кто выживут, расскажут потом другим, что русские делали здесь с нами.
– Вы думаете, коммунисты лучше, чем нацисты? Ведь они пытались украсть у вас Библию, чтобы из страниц делать самокрутки.
– Да, ты прав. Но нельзя судить весь народ по поступкам отдельных личностей. Разве ты не помнишь, что простые люди почти всегда жалели нас? Именно поэтому нам запрещено общаться с ними.
Почему все так? – каждый день жаловался я Фольгеру за игрой.
– Всему воля Божья, – отвечал он. – Даже если это нам не нравится.
– Но я никогда не убивал русских, – настаивал я.
– Но большинство из нас были заодно с Гитлером, – ответил он, двигая фигуру.
– Но тогда почему вы здесь? Вы же не поддерживаете Гитлера, разве не так?
все, что делалось наспех, не могло прослужить долго. Главной задачей было выполнить работу в рекордные сроки, а качество из-за этого страдало. Каждый стремился выполнить свою норму, а каков будет результат, не всегда имело значение
