Те, кто хоть единожды бывал в тех расщелинах, долго потом не мог отделаться от неприятных впечатлений.
Вот туда и спешил Николай Мансура, поскольку там ему почудилось присутствие чужих людей. Он знал о коварстве Падуни не понаслышке: ему доводилось в отроческие годы бывать там. Что он помнил? Отвесные мрачные скалы, кое-где проклёвывающаяся растительность, редкие деревья среди серо-бурых каменистых утёсов, будто и не деревья вовсе, а какие-то исполинские руки, в немом отчаянии воздетые к небесам.
