Институтки
Надя Франк по прозвищу Баярд воспитанница N-ского института благородных девиц, отчаянно верит в правду и справедливость. Она знает, что нужно следовать правилам и слушаться классную даму и инспектрису.
Вместе с лучшей подругой Людой Шкот и другими девочками — Бульдожкой, Пышкой, Чернушкой и Русалочкой, — Надя переживает радости и печали институтской жизни. Здесь редкие встречи с родными, наказания директрисы, увольнение любимого воспитателя, а еще — мелкие шалости и проказы, робкие попытки бунтарства, первая любовь и первые потери.
Но впереди институток ждут экзамены, выпускной бал и взрослый мир, в котором у каждой из них своя дорога.
«Институтки» — очень искренняя книга о воспитании, взрослении, жизни девушек в закрытых учебных заведениях, о том, как любили, дружили, мечтали почти полтора века назад.
Прочитав эту ее, вы убедитесь: все в мире меняется, но во все времена девушки мечтают о счастье, настоящей дружбе и истинной любви.
Вместе с лучшей подругой Людой Шкот и другими девочками — Бульдожкой, Пышкой, Чернушкой и Русалочкой, — Надя переживает радости и печали институтской жизни. Здесь редкие встречи с родными, наказания директрисы, увольнение любимого воспитателя, а еще — мелкие шалости и проказы, робкие попытки бунтарства, первая любовь и первые потери.
Но впереди институток ждут экзамены, выпускной бал и взрослый мир, в котором у каждой из них своя дорога.
«Институтки» — очень искренняя книга о воспитании, взрослении, жизни девушек в закрытых учебных заведениях, о том, как любили, дружили, мечтали почти полтора века назад.
Прочитав эту ее, вы убедитесь: все в мире меняется, но во все времена девушки мечтают о счастье, настоящей дружбе и истинной любви.
Yosh cheklovlari: 16+
Huquq egasi: Издательство АЗБУКА
nashriyot: Издательство АЗБУКА
Qogʻoz sahifalar: 213
Kitobning boshqa versiyalari 1
Институтки
·
Надежда ЛухмановаTaassurotlar 9
Я не читала Но название мне напомнило разговор Воробья с Барбоссой: Она кстати из институток😏 Необходимо было это написать
Iqtiboslar 19
Из церкви девочки вернулись усталые и в ожидании чая расселись по табуретам — на кроватях сидеть запрещалось.
1 kishiga yoqdi
стороны входа двумя классными дамами, двумя пепиньерками [34
Просить прощения было делом унизительным, более того — чудовищным, и злило всех как измена традициям.