Kitobdan iqtiboslar Любовь на Полынной улице
— Мы ведь уже давно обо всем договорились, — вновь заговорил отец, сухо и холодно. — Сейчас главное — не давать никакого повода в нас усомниться, а потом будем свободны на несколько месяцев.
— Несколько месяцев!.. — Мать тяжело вздохнула. — Ну почему нельзя отправлять к нему одного Слэнни?
Хотя я и так стоял неподвижно, после этих слов ощутил, что примерзаю к месту.
— Ему не нужен один Слэнни, — с недовольством ответил отец, — ему нужна наша семья.
— Заклятье лаэдны спадет, когда твое желание исполнится. А для этого достаточно, чтобы твой друг встретил девушку — настоящую, — и между ними возникла симпатия. Но пока этого не случилось, тебе самому дается возможность взглянуть на свою жизнь по-другому и понять, где в ней возник разлад. Именно поэтому я и не могу снять заклятье
Наша вселенная была создана в гармонии. Однако человек нарушил равновесие, исказив первоначальный Замысел собственным самоуправством, и весь мир, включая наполняющую его магию, претерпел изменения. Ранее единая чистая стихия распалась на четыре природные, а магия разума стала опасной. Помимо безвредных и полезных стихийных духов, появились вредители вроде тех же крабботов — мелких земляных духов, которые обожают селиться в обуви и там… э… гадить.
Сложнее всего человеку отказаться от самого ценного для себя ради другого, — услышала она. — Может, потому и заросла тропа к моему святилищу, ведь получать гораздо приятнее и проще, чем отдавать взамен
Выходит, стремясь получить любовь дорогого мне человека, я стольких обрекла на страдания, — ужаснулась она. — Даже эта любовь, о которой я так мечтала, досталась не мне, а Кагуе-химэ, которой никогда даже не существовало на свете! Как же глупа я была! Забери это тело скорее, не хочу больше никого обманывать.
— Это не в первый раз. Он не специально. Он… просто такой. Хочет поддерживать и быть необходимым и не предугадывает последствий. Большинство женщин не подает виду, что его манеры выглядят как флирт
Лампа высветила болотное пятно среди готовых заказов.
«Я даже не помню, для кого это», — подумала Рета. Из любопытства проверила бирку.
Лика Шмитсен, заберет 24-го.
Рета схватила первое, что попалось под руку, и шарахнула об пол. «Первым» оказалась вазочка под леденцы.
«Это кошмар! Светлые боги! Совершенно не то! Оно испортит Лику, ей нельзя такое в день рождения надевать! Почему Дина… Почему Мартина… Ай, виновата не Мартина!»
Рета видела того, кто виноват, в зеркале. Заплаканную женщину с чужой жизнью и чужим лицом
всегда можно мыслить шире. И находить счастье можно в разном
— Штука в том, что моя история не про танец, а про наш ансамбль. Я же не собирался танцевать с ребятами, я — аристократ, меня учили быть первым, а не одним из. Я хотел стать солистом Королевского театра. Там на главных ролях всегда колдуны, так как хореография подразумевает чары. А обучается колдунов мало, так что я имел недурные шансы. Репетиции у меня были в основном индивидуальные или с другими колдунами. Я считал себя особенным.
Олена пожала плечами.
— И что он мне сделает? Выгонит? Я без них не проживу, что ли? Выгонит, так я к сыну перееду, хоть с внуками посижу! А ты к ним пока не суйся, господин сегодня не в духе. — Олена наклонилась ближе и зашептала: — Поговаривают, королева его заставляет в университете преподавать, секретами делиться. Вчера письмо получил с королевской печатью и с тех пор сам не свой. Езжай обратно в Стормгавик, Реточка. А если без родных невмоготу, я тебе телеграмму дам, как господа расположены будут.
Рета кивнула и подумала, что возвращение в столицу для нее — это возвращение домой