Наслаждение, которое испытывала Лилли, не поддавалось описанию. Ее бедра самопроизвольно поднялись навстречу его ласкам. Вцепившись в матрац, она приглушенно стонала и бормотала его имя.
Когда ей начало казаться, что эта сладкая пытка погубит ее, Алессандро отстранился, но только для того, чтобы снова лечь поверх нее и погрузить кончики пальцев в ее заветную пустоту. Она испытала боль, но эта боль была пустяковой по сравнению с удовольствием, которое он ей доставил. Ее тело выгнулось дугой.
Видя, что она готова его принять, он быстро предохранился и, прошептав ей на ухо «прости», вошел в нее рывком.
