– Ну, что там у вас, Козлищева, – Тихий стукнул пустым стаканом с подстаканником о стол.
– Я Конищева.
– Конищева… – пробормотал Тихий. Поскреб щеку, не удержался, зевнул, прикрывая рот кулаком. – Почти коничева.
– У вас ужасный японский, господин следователь.
