Пьер видит, как французы расстреливают пленных, и тоже готовится к смерти. Приговорённые «смотрели на всех, тщетно, одними глазами, молча, прося защиты и, видимо, не понимая и не веря тому, что будет. Они не могли верить, потому что они одни знали, что такое была для них их жизнь, и потому не понимали и не верили, чтобы можно было отнять ее». Пьер, которого, как и некоторых других, привели сюда только для присутствия при казни, не сразу понимает, что он спасен.
