Так, датский посланник Юст Юль[141] указывал на поражающую иностранцев русскую традицию закладывать покойнику в руку после отпевания записку, что вызывало недоумение и различные толкования. Иностранцы строили различные предположения, в частности, думали, что эти записки являются паспортами для пропуска усопшего в рай. Но на самом деле записка носила информацию об имени, возрасте, звании, дне смерти покойника и о том, что все грехи ему отпущены по власти, данной священнослужителям «разрешать и вязать». Юст Юль определил: данная записка кладется в гроб не в качестве паспорта для пропуска покойника в рай, как ошибочно утверждают в своих описаниях почти все путешественники по России, а для того, чтобы в случае, если какое-либо истлевшее тело откопают, то из этой записки можно будет узнать, что похоронен христианин и кто он такой.