Культурные люди
Yosh cheklovlari: 12+
Original nashr sanasi: 19
Qogʻoz sahifalar: 67
Taassurotlar5
👍Tavsiya etaman
🔮Dono
💡Axborot beruvchi
🎯Foydali
🌴Taʼtilga
😄Xushchaqchaq
Какие отношения были у Салтыкова-Щедрина с Тургеневым, с Достоевским, с Гончаровым, с Некрасовым? Какие сохранились воспоминания друг о друге? — Почему спросил? Потому: Я начал читать рассказ Салтыкова-Щедрина “Культурные люди“. Он начинается, как моя жизнь — со смеха: "Я сидел дома и, по обыкновению, не знал, что с собой делать. Чего-то хотелось: не то конституций, не то севрюжины с хреном, не то кого-нибудь ободрать. Ободрать бы сначала, мелькнуло у меня в голове; ободрать, да и в сторону. Да по-нынешнему, так, чтоб ни истцов, ни ответчиков — ничего. Так, мол, само собою случилось, — поди доискивайся! А потом, зарекомендовавши себя благонамеренным, можно и об конституциях на досуге помечтать". — С таким натиском у него обязательно должны быть идейные враги среди современников. — Примерно так я читаю книги и, чтобы не откладывать в долгий ящик, на некоторые начинаю писать отзывы.
Яркое и нестандартное начало, вызывающее улыбку и в котором "Культурные люди" начинаются как выбор между севрюжиной с хреном или конституциями", и узнаю, что они: служили в кавалерии, одеваются у портного и ходят в клубы. — Это тот случай, когда смех — оружие. Бесподобно.
Салтыков-Щедрин не просто прав, а чертовски прав! С высоты своего крошечного опыта я скажу, что это утверждение ближе всех, что я знаю, к истине; правда, само по себе оно не становится ей, как нельзя достичь бесконечности или точки, которые вечно лишь приближаются к ним.
Продолжаем читать.
Начиная читать произведение, если к нему есть комментарии, то я ставлю текст на паузу и в первую очередь изучаю примечания. Вот и теперь, в них, мне попалась замечательная заметка, которая показывает, как писатель воспринимал растущую массу разнообразных психологов от литературы, анализирующих русскую душу. В ней он своей образной лексикой выразил отношение к ним: "Вот нынче во Франции целая школа беллетристов-психологов народилась — ништо им". — Писатель высмеивает моду на поверхностный психологический анализ, который детально препарировал тончайшие личные переживания, любовные страсти, неврозы и эгоизм. Сатирик отказывал таким психологам в глубине, считал такую психологию схематичной. "Ништо им" - то есть буквально они могут врать и с них никто не спросит. Он считал, что нельзя копаться в психологии отдельного человека, не зная устройства общества, которое эту психологию и искалечило; беллетристы-психологи не справлялись с анализом русского человека, у которого логика нарушена, мотивы поступков абсолютно дики и перепутаны социальным неблагополучием. — "Не явись Прокоп, не начни он этого разговора — сидел бы я себе да проявлял бы гражданское мужество, в окошко глядючи! А теперь, поди вот, какой грех случился — даже на языке холопская слизь чувствуется — фу, мерзость!
Вот нынче во Франции целая школа беллетристов-психологов народилась — ништо им. У них психология французская, неспутанная — ври себе припеваючи!"
Давно я так до слёз не смеялся. По сюжету автор решает "примазаться" к своему другу Прокопу, чтобы поехать с ним за границу. То, как он предвкушает эту поездку, заставляет болеть мой живот: "Знаю я, что Прокоп, вместе с своей персоной, весь Залупск Европе покажет; знаю, что он повезет за границу Залупск и в своем платье, и в покрое своего затылка и брюха, и в тех речах, которыми он будет за табльдотами щеголять; знаю все это — и все-таки льну. Так и стремлюсь залупские запахи обонять, залупскому невнятному бормотанью внимать. И вместе со мной будут внимать этому бормотанью и Средиземное море, и серые скалы, которые высятся вдоль его берегов, словно сторожат лазурное ложе его в предвидении нашествия варваров".
"Культурные люди" Салтыкова-Щедрина заканчиваются в вагоне поезда, на мистической истории появления надписи под сердцем у генерала Пупона. Эта история, вместе с собирательным образом русского, стремящегося за границу и обрывающимся повествованием, оставляет внутри замечательное, лёгкое настроение. Это ли не весомая причина продолжать изучать самобытное творчество Салтыкова-Щедрина? К тому же он был близким другом и соратником с Н.А. Некрасова, чья поэма "Кому на Руси жить хорошо?“ постоянно всплывала в памяти, пока я читал "Культурных людей".
