Положила в балетку два платьица, чулки, нижнее бельё, икону Богородицы, да тапки из нитяницы, что мать навязала ей. И, закрыв чемодан, встала с места.
— Ну, и с Богом! — сказала она себе и вышла из дому.
На улице мать ещё раз поцеловала Парасю в лоб, перекрестила на дорожку с короткой молитвой, обняла крепко и подтолкнула к калитке:
