К слову, в двадцать пять лет, парень. По моему скромному мнению, в этом возрасте уже пора быть мужиком. У меня в двадцать пять было двое детей, бизнес на коленке, ипотека и хронический недосып.
— Ещё одно, — добавил князь, и его голос стал чуть жестче. — Если у вас начнут проявляться необычные способности — а у большинства это происходит. — вы обязаны сообщить мне или кому-то из доверенных лиц немедленно.
Одежда — причудливая смесь: меха, домотканое сукно, грубые штаны, валенки, а у некоторых — явно фабричные куртки советского или более позднего образца, потёртые, заплатанные, но узнаваемые.
