Мысленно вижу тесный кабинетик советского членкора или академика… Над заваленным книгами и рукописями письменным столом висит портрет бородатого Хэма в растянутом свитере…
С Хемингуэя после смерти Сталина все и началось… Если память мне не изменяет, кто-то из вновь созданного журнала «Иностранная литература» набрался смелости и позвонил в МИД Молотову, и тот изволил дать разрешение на публикацию рассказа (повести) Хемингуэя «Старик и рыба» — так Молотов запомнил заглавие «Старик и море»…
Дело в том, что советским вождям, не знавшим при Сталине ни одного иностранного языка (при Ленине все крупные чиновники-коммунисты и их дамы европейские языки знали; сам он свободно
