Kitobdan iqtiboslar От Сталинграда до Берлина. Воспоминания командующегоmuallif В.И. Чуйков
Нам было известно, что окруженная гитлеровская группировка насчитывает не менее 20 дивизий. В действительности же их было 22, в общей сложности более 300 тысяч солдат, офицеров и генералов. Эту мощную группировку окружили и держали в железном кольце семь армий – А.С. Жадова, И.В. Галанина, П.И. Батова, И.М. Чистякова, Ф.И. Толбухина, М.С. Шумилова и 62-я.
1 kishiga yoqdi
Артиллеристы 37-й гвардейской дивизии доносили:
«Танки расстреливаем в упор, уничтожено пять».
Начальник штаба дивизии товарищ Брушко докладывал в штаб армии:
«Гвардейцы Пуставгарова (114-й гвардейский полк), рассеченные танковыми клиньями противника, закрепившись группами в домах и развалинах, сражаются в окружении. Лавина танков атакует батальон Ананьева. Шестая рота этого батальона под командованием гвардии лейтенанта Иванова и политрука Ерухимовича полегла полностью. Остались в живых только посыльные».
В 12 часов передают по радио из 117-го гвардейского полка: «Командир полка Андреев убит, нас окружают, умрем, но не сдадимся»
Сквозь грохот выстрелов и разрывы снарядов все явственнее слышался лязг гусениц. К этому времени Паникаха уже израсходовал все свои гранаты. У него оставались лишь две бутылки с горючей смесью. Он высунулся из окопа и размахнулся, целясь бутылкой в ближайший танк. В это мгновение пуля разбила бутылку, поднятую над его головой. Живым факелом вспыхнул воин. Но адская боль не замутила его сознания. Он схватил вторую бутылку. Танк был рядом. И все увидели, как горящий человек выскочил из окопа, подбежал вплотную к фашистскому танку и ударил бутылкой по решетке моторного люка. Мгновение – и огромная вспышка огня и дым поглотили героя вместе с подожженной им фашистской машиной
Гитлер как-то заявил командующему 6-й армией: «С вашей армией вы можете штурмовать небо!»
В первых же боях в Сталинграде эта армия обломала свои зубы.
Перед сумерками ко мне пришел командир танковой бригады майор С.Н. Хопко и доложил, что его единственный танк подбит и стоит у вокзала, на переезде через железную дорогу.
– Что делать? – спросил он.
Уточняем положение. Хотя танк и подбит, но огонь вести может. И кроме того, в бригаде около ста танкистов, вооруженных автоматами и пистолетами.
– Идите к танку, – приказал я, – соберите всех людей и держите переезд в руках до подхода частей 13-й гвардейской дивизии.
Он понял, повернулся и побежал выполнять приказание. Как стало известно несколько позже, Хопко с честью выполнил поставленную перед ним задачу.
В это время поступили сведения, что контратакующий сводный полк лишился многих командиров и остался без управления. Резервов мы не имели. Последний резерв – охрана и работники штаба армии – в бою.
Сумеем ли мы с раздробленными и разбитыми частями и подразделениями продержаться еще десять – двенадцать часов на центральном направлении? Это заботило меня больше всего. Сумеют ли бойцы и командиры выполнить задачи, которые казались выше сил человеческих? Если не выполнят, то 13-я гвардейская стрелковая дивизия может оказаться на левом берегу Волги в роли свидетеля печальной трагедии.
Генерал Рыжов и командир 39-й гвардейской стрелковой дивизии полковник Марченко назначили своим парламентером майора Берсенева – офицера штаба этой дивизии.
Там, в Сибири, на Урале, в Москве, люди уже проснулись и вскоре узнают, что на фронтоне Рейхстага уже развевается Знамя Победы, установленное отважными разведчиками из 3-й Ударной армии сержантами М.А. Егоровым и М.В. Кантария…
Так докладывал мне командир дивизии полковник Ефим Тимофеевич Марченко.