— Я всё теперь поняла. Во всём виноваты русские писатели-классики, которые с какого-то перепугу вдруг начали петь осанну простому народу: он — самый мудрый, самый щедрый, самый добрый...
— Это из-за чувства вины... — говорила мама.
— Да, конечно. Но палку-то перегнули! Если кому-то сто лет внушать, что он — бог, он же, в конце концов, может в это поверить. Вот народ и поверил и до сих пор считает себя каким-то особенным. Он, постоянно писающий у нас в подъезде, валяющийся пьяный на каждой остановке... Изготавливающий поганые вещи на своих поганых заводах... Тупой и плохо говорящий по-русски. Зато — великий, ёлки-палки! — меня аж в жар бросало от гнева.
