Ничего не понятно и Советую - самое искреннее впечатление от такого Чехова, правда. Жизнь вообще такая - непонятная, но жить хочется. А это про жизнь архиерея, обычная, как у всех, ноги болят, плачешь от красоты, на маму обидно, мечта несбытая жива, как в детстве, поговорить не с кем, предполагаем жить и, глядь, как раз умрем.
Ох, грехи наши тяжкие, пойти чаю напиться разве!..
Печальный рассказ о закате жизни Архиерея Павлуши.
Очень жизненное повествование, заставило задуматься о выборе пути, о профессии и призвании.
Вот сижу сейчас и как-то трудно дышать, представляется, что вот я лежу, уже даст бог до старости до жить, старушка, и понимаю, а что я делала все эти года, что привнесла в этот мир такого, чем меня смогут запомнить.
На самом деле, еще какая-то злость на этого архиерея у меня присутствует. Получается лучше-бы он жил за границей, что ему надоели прихожане со своими низменными прошениями, и даже мать, которая приехала робела перед ним, но и он к ней не подошел, чтобы обнять, хотя не видел ее 9 лет. Да и племянница явно хотела помощи, а он что...
Хотя все чего-то хотят вечно. А его кто-то спросил что у него на душе?
Трогательно и одновременно страшно.
Впервые прочитал этот рассказ. Наверное одно из самых ярких и талантливых его произведений. Чехов называет архимандрита в детстве Павлушей, а монашеское имя даёт ему Пётр. Как Пётр и Павел, два апостола, основатели церкви, и весь рассказ, в котором архимандрит видит Церковь и людей в ней и "как бы" и "реально" уставшими "глазами апостола Петра", а хочет, чтобы с ним поговорили как с равным, как мать с сыном, с "Павлушей", как завещал "апостол Павел". Чехов, на мой взгляд обыгрывает фрагмент из Евангелия от Матфея: "И пришли Матерь и братья Его и, стоя вне дома, послали к Нему звать Его. Около Него сидел народ. И сказали Ему: вот, Матерь Твоя и братья Твои и сестры Твои, вне дома, спрашивают Тебя. И отвечал им: кто матерь Моя и братья Мои? И обозрев сидящих вокруг Себя, говорит: вот матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат, и сестра, и матерь." [Ев. Мф. 12 - 47].
И Чехов ничего не называет прямо, после прочтения остаётся "очевидная недосказанность", дальнейшая судьба матери после смерти сына, маленький печальный эпилог. Очень сильное место в рассказе, когда племянница Катя "просит денег" , т.е. маленький, ещё наивная Душа, человечек, просит просто денег, прямой помощи у, казалось бы, всесильной Церкви, и архимандрит "обещает помочь", но умирает так и не исполнив своего обещания...
И все люди, верующие, ходят в церковь, совершают молебны, и либо заняты, поглощены какой-то повседневной ерундой, либо не знают чего им надо, и все уходят из монастыря ни с чем... Сначала непонятен и раздражает образ монаха Сысоя, а потом как понятен! Как сразу понятно его собственное, вечное раздражение, и то, что он не может жить долго ни в одном монастыре, не объясняется, а "проявляется" через такое же раздражение архиерея.
И то, что Сысой единственный, кто позаботился об архиерее. Хотя как персонаж он совершенно бессвязно говорит. В этом рассказе все говорят бессвязно, и даже мысли архиерея хаотичны, и "перескакивают" с пения хора, на возглас юродивого, о матери, про Сысоя, про купца, мысли о Кате, что она опять что-то разбила. О желании снова уехать за границу.
И ещё человек заболевает именно от раздражения на несоответствие картины, в которой ему приходится играть свою роль, и тем человеческим, детским и чистым, что у него осталось в памяти. Человек заболевает и умирает от бессмысленного раздражения наступающего от постоянного, бездумного круговорота одного и того же.
И ещё рассказ произвел на меня одно впечатление в образе, когда архиерей грозен, он подхож на Апостола Петра, который "встречает" людей у ворот Рая, с их непонятными просьбами, как у купца - жертвователя, и мы как бы "видим" что он на самом деле думает о людях.
Это только часть впечатлений, которые рассказ вызывает. Очень многослойная картина, которую не высказать словами в каком-то одном смысле, и с другой стороны она проста и понятна. Но и этой простоты не хватает, чтобы объяснить понимание. Рассказ сам по себе хотя и закончен, оставляет читателя в подвешенном состоянии. Заставляет задуматься. Это наверное самое главное впечатление от его прочтения. Читается легко.
Очень грустно. Но великолепно.
Какой же классный стиль написания у Чехова, как музыка, читаешь и как будто все буквы, все слова там и должны быть
Вот и жизнь пролетела, как один день.А вспоминается только детство, открытое и лучезарное, пусть даже и преувеличенно. Архиерей тоскует по искренности между людьми, правдивости, душевности, не хватает ему этого чувства. Почему люди такие боязливые , забитые, ограниченные, мелочные, лицемерные? А как Чехов хорошо разбирается в церковной жизни!
