Kitobdan iqtiboslar Первое правило королевыmuallif Татьяна Устинова
Это было на него похоже – независим, как братская Украина, упрям, как сто тысяч ослов, деятелен, как термит, и себе на уме, как рыночная торговка.
12 kishiga yoqdi
деятеля любого уровня. К нижнему этажу он себя уже убедил: во всех сегодняшних несчастьях
1 kishiga yoqdi
Ей было лет восемь, родители ссорились, почти дрались за тоненькой фанерной стенкой, мать визжала: «Урод, дерьмо!!», отец тоненько скулил в ответ, что-то падало и грохотало, словно рушились стены, а она смотрела в окно – замусоренный бедный двор, полный вспученных черных луж и щепы, собачья будка у забора.
1 kishiga yoqdi
без племени, начнут народ баламутить…
– Король умер, – произнесла Инна негромко, – да здравствует король.
– Да что ты заладила все про короля-то этого!
– Я не про короля, Василий Иванович. Я про выборы.
– А выборы при чем?
Она не ответила, потому что гроб опустили, могилу засыпали и солдатики быстро и как-то скомканно стали стрелять из ружей – «отдавать последнюю дань». От грохота в небо взметнулась стая галок и теперь, тоскливо крича, высоко кружила над кладбищем.
– Как они теперь будут? – сама у себя спросила Инна.
– Кто?..
– Любовь Ивановна и Катя с Митей.
Симоненко помолчал немного.
– Да чего?.. Так же и будут. Митька как пил, так и будет пить, а Катька в Питер укатит.
– Укатит… – повторила Инна.
Дочь покойного Мухина держала мать под
Когда центральная газета на первой полосе «по ошибке» три раза назовет губернатором края твоего злейшего врага, а тебе не останется ничего, только беситься в своем кабинете, звонить в Москву, требовать опровержений, и получить их – через три номера, на последней странице, мелким шрифтом.
До этого мига она была напряжена, как стрела, заправленная в арбалет, а со следующим ударом сердца ей стало наплевать.
Пистолет – символ его личной неограниченной власти, гораздо более неограниченной, чем власть какого-то там губернатора, – был с ним, как всегда.
и станет он служить, как служил последние тридцать лет: по мелочи подворовывал, до слез зевал, мешал председателям колхозов, кто послабее да поглупее, – сильные и умные моментально поняли, как надо жить, чтобы краевое начальство чрезмерно не приставало.
ты, Инна Васильевна, не смеши меня, ей-богу! У того в бизнесе доброе имя, кто конкурентов мочил, а стали доказывать – и ничего не доказали!.. Вот это самое доброе имя и есть.
На Рождество там жарко, и празднично играют и подрагивают белые свечи, и пахнет елкой и медовым воском, и зеленые лапы перевиты атласными лентами, и в горячем воздухе словно плавится золото – так сияют иконы.