Kitobdan iqtiboslar  Собрание сочинений в семи томах. Том 4. Книга 1. Воспоминания о современниках

«Чтó это?» — «Да опять Белый из себя выходит». Не входя в вас. Ибо когда наше входит, доходит, растраты нет, пустоты нет — есть разгрузка и пополнение, обмен, общение, взаимопроникновение, гармония. А так…
Fikr bildirish
я и то расстраиваюсь, когда он передо мной начинает… Стыдно… Точно — разбрасывает, а я подбираю… — А эти не расстраиваются. — Потому что не понимают, кто — он. — И кто — они
Fikr bildirish
занесет за облака и там, одного, внезапно уклонившись, нырнув в соседнюю смежную родную бездну — бросит: задумается, воззрится, забудем тебя, которого только что, с мольбой и надеждой («Мы никогда не расстанемся? Мы никогда не расстанемся?») звал своим лучшим другом. Не верь, не верь поэту, дева, Его своим ты не зови…
Fikr bildirish
Блок оборвался, потому что Блок — чего, и если у Блока — черно, то это черно — чего, весь плюс черноты, чернота, как присутствие, наличность, данность. В комнате, из которой унесли свет — темно, но ночь, в которую ты вышел из комнаты, есть сама чернота, она. …Не потому, что от нее светло, А потому, что с ней — не надо света…
Fikr bildirish
Не хочешь ревности, обиды, ранения, ущерба — не тягайся-предайся, растворись всем, что в тебе растворимо, из оставшегося же создай видение, бессмертное. Вот мой завет какой-нибудь моей дальней преемнице, поэту, возникшему в женском образе
Fikr bildirish
Влюбляешься ведь только в чужое, родное — любишь.
Fikr bildirish
Какое прохладное люблю и какое прохладное хочу. Хотения и любви ровно на четыре хорошо срифмованные строки. Отдаться — не брюсовский глагол. Если бы вместо отдаться — домочься — о, по-иному бы звучало!
Fikr bildirish
Революции делаются Бальмонтами и держатся Брюсовыми
Fikr bildirish
Бальмонт, узнав о выпуске Брюсовым полного собрания сочинений с примечаниями и библиографией: — Брюсов вообразил, что он классик и что он помер.
Fikr bildirish
Бальмонт, пусть последним словом последнего слова — он нее обальмонтит!.
Fikr bildirish