От фонаря
«Все творчества — кульминация головокружительного ужаса смерти. Но они же, по третьему закону Ньютона, — отчаянная жажда самоутверждения и жизни». «Я знаю свои фонари наизусть. Пожалуй, прошел бы их вслепую. И не только. Я знаю почти наверняка, какой сегодня не горит, а какой начинает предупреждающе помигивать». Эпизоды биографии и фрагменты окружающего мира, увиденные сквозь тонкую поэтическую линзу, скреплены в романе Владимира Гандельсмана центральным образом фонарей, за которыми должен следить герой, похожий на обязательного фонарщика из «Маленького принца». Сберегая буквальный, физический свет, он так же заботливо хранит вспышки воспоминаний о близких и всполохи собственной творческой жизни. Во вторую часть книги вошел комментарий к стихотворениям Владимира Гандельсмана, написанный его двоюродным братом Александром. В этих заметках разворачивается история лирического героя поэзии Владимира, рассказанная с позиции, крайне близкой автору биографически и метафизически. Владимир Гандельсман — поэт и переводчик, лауреат премии «Московский счет» (2011).
Original nashr sanasi: 2024
Nashr sanasi: 2024
nashriyot: Новое литературное обозрение
Seriya: Художественная словесность
Qogʻoz sahifalar: 276
Taassurotlar2
👍Tavsiya etaman
🐼Yoqimli
👍Tavsiya etaman
🐼Yoqimli
Iqtiboslar25
Туда, в ее борьбу, не проникнуть. Он бы и рад — здоровье не пускает. Здоровью не до болезни. Как бы душа ни рвалась туда, на помощь. Это на третье.
Отдельный мир — боль и сон. Борьба. Физическая. Все жилистые силы в сцепке. Жилистые силы души. И краем мозга фиксирует там, внутри себя: я есть. Я здесь. Боль как удар. Стон. Внутри нее колокол. Стон идет эхом, эхом колокола. Остальные — в своем мире, в здоровом.
И потому что жизнь больше — два. Жизнь милосердна. Любовь жестока. Даже если не виновата. Жизнь милосердна, потому что забывчива. Зачем ей что-то помнить, если она есть? Любовь жестока. Злопамятна. Что ей делать, если ее больше нет? Помнить.
