эффект насилия есть не более чем иллюзия, потому что в них не затрагивается ни субстанция, ни трехмерное пространство (например, когда мы увлекаемся «ритмом» прозаического текста, читая его про себя [21], или когда наше внимание «захвачено» живописным полотном), мы знаем, что их воздействие на нас все-таки может быть «насильственным», почти в точном смысле нашего исходного определения, то есть в том смысле, что они занимают и тем самым блокируют наше тело.
