Kitobdan iqtiboslar Стихотворения Михаила Розенгеймаmuallif Николай Добролюбов
что если мы даже и не сказали в ней ничего путного, то все-таки приобрели ею право на внимание потомства, ибо поставили вопрос, который должен занять не последнее место в истории русской библиографической науки.
Судя по этим изменениям, можно думать, что не «Русский вестник» ошибся, печатая стихотворения г. Розенгейма под именем Лермонтова, а г. Розенгейм впал в заблуждение, давая окончательную отделку стихам Лермонтова, может быть случайно оставшимся у него в руках, как у приятеля поэта
стихи г. Розенгейма представляют «не совсем ароматное пойло, настоянное на гное общественных ран и на гнилой клубничке»
Подавляемый этим желаньем,
Чтоб беды не наделать какой (?!),
Не дождавшись конца их купанья,
Как шальной, убежал я домой.
Как потом, в моих объятьях, —
Что за роскошь, что за пир
К удивлению нашему, мы ничего подобного не встретили в стихотворениях г. Розенгейма. Ни малейшего проблеска какого-нибудь чувства, каких-нибудь стремлений, кроме напряженности животных сил организма, не заметно в эротических его стихотворениях. У него есть, например, стихотворение, обращенное к бывшему предмету любви и начинающееся стихами:
Без всяких обиняков назвать человека скотом и ослом — это остроумие, достойное поэта, принявшего на себя долг обличать общественные пороки
Вот почему на меня так тяжело действует повальное обвинение, состоящее в том, что все люди известных убеждений обнаруживают эти убеждения единственно «из корыстного желания». Тот, кто произносит подобное обвинение, творит суд над самим собою
Но теперь ты мне даешь оружие против себя. Скажи мне, что нужно думать об убеждениях человека, который не может понять убеждений в других? Отрицание возможности какого-нибудь явления всегда показывает, что это явление неведомо и непостижимо отрицающему