Kitobdan iqtiboslar Бремя верных. Книга перваяmuallif Корнеев Богдан
Бревно не плывёт против течения.
Воин не бежит от сражения.
Славянская пословица
2 kishiga yoqdi
Так до самого выхода на пенсию он и проработал в уголовном розыске, а покинув ставший до боли родным прокуренный кабинет на Петровке, ещё долгие годы преподавал в Академии МВД, в Обнинске.
ли хазаре, те, что не успели увернуться от бестелесного касания неведомой магии, на их месте вспыхивали и тут же угасали оранжевые столбики пламени. Ерёма видел, как к нему приближается сама Смерть в пламенном обличье, но ничего не мог с собой поделать. Лёгкая, как дуновение утреннего ветерка, полупрозрачная вуаль коснулась последнего кочевника, обратив его в огненный столп, и вдруг замерла, не долетев до крестьянина каких-то пару саженей… Плеснула радугой искр — и опала…
И Ерёма, закатив глаза, тоже в беспамятстве мешком сполз на траву там, где и стоял…
Длиннее переходы, больше разведаем, меньше времени уйдёт на всё.
Хазары были известны своими атаками со спины, быстрыми обходными манёврами. Русы, при отсутствии конницы в составе войска, были готовы в каждый момент занять круговую оборону и встретить лохматых всадников с неизменными луками на щиты с любой стороны.
Лучники были и в составе дружины, да такие, что пробивали полный доспех на двухстах шагах! Тяжёлые луки превосходили по дальности таковые же хазарские как минимум на полсотни-сотню шагов, и степняки об том прекрасно знали, делая упор на внезапность, когда всадники вдруг оказывались прямо перед ничего не подозревающим врагом и, осыпав его градом стрел, брали неприятели «на саблю», врезаясь в ряды не успевшего выстроиться к бою супротивника подобно тому, как степной волк вгрызается в холку барана.
Единственной защитой от такого приёма оставалась только тщательная и постоянная разведка месторасположения хазар. В честном бою — меч в меч — русичам не было равных, и победить даже
Белояр с интересом склонился над поверженным стрелком:
— Не враг, говоришь? Ну, предположим. А как понимать то, что стрелял в моего человека?
— А я разве в него стрелял? — хмуро вопросил пленник. Сотник переглянулся со столпившимися вокруг воями, дружинники дружно расхохотались. Лучник зыркнул на своих пленителей огненным взглядом, что тут же отметил Падун, в этой ситуации бывший главным потерпевшим: как-никак, но целились-то действительно в него. И словно бы читая его мысли, пленник проговорил:
— Если бы я в него целил, то уж попал бы, не подумайте чего плохого… Я ж охотник, белку в глаз бью с полусотни саженей! Неужто бы с такого расстояния промахнулся?
Белояр развёл руками.
— Ну, а тогда стрелял-то зачем?
— Внимание хотел обратить на себя, да заодно и убедиться, что вы именно те, кто мне надобен…
Сквозь круг людей, обступивших пленника, протиснулся Одинец, встал на колено, всмотрелся в заросшее густым волосом лицо, обернулся к сотнику.
— Кажись, знаком он мне, Белояр… Где-то пересекались… Но что он из смолян — и к гадалке не ходи, не хазарин это.
Падун тоже наклонился, чтобы лучше рассмотреть пленника, казалось, что он начинает вспоминать нечто, связанное с этим человеком…
Лучник вывернулся из-под сапога Ивора, приблизил лицо своё к лицу Падуна, оскалился в жуткой ухмылке:
— А скажи ещё, Падун, что не лазал ты в окно к моей сестрице, когда на ярмарку заезжал в прошлом годе, в Кольцов-град, а?
— Кольцов-град… дык чуть поболе села-то будет, а туда же, — буркнул в сомнении Падун, но вдруг лицом переменился, широкая улыбка сменила гримасу сомнения.
— Да никак это Ермолай! — вдруг вскричал он и, ухватив человека за грудки, одним рывком поставил его на ноги. — Смотри, сотник, вот тебе лучший стрелок из смолянской братии! Ермолай, сварожий сын, ты чего ж в меня-то стрелять удумал?
— А в кого ещё было стрелу пускать?
— Нами играют Боги, князь. А мы всего лишь инструмент в их искусных пальцах. Что ж поделать, если инструмент иногда несовершенен?
Победа кажет храброго, а напасть умного.
Славянская поговорка