Странная история

Kitobdan iqtiboslar  Странная история

Toʻliq oʻqish va tinglash
Bepul parcha
Начало премудрости страх божий, — перебил я. — Начало веры, — продолжала Софи, нисколько не смутившись, — самоотвержение… уничижение! — Даже уничижение? — спросил я. — Да. Гордость человеческая, гордыня, высокомерие, вот что надо искоренить дотла. Вы вот упомянули о воле… ее-то и надо сломить.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Мой знакомый, как человек, некогда обучавшийся в университете, любил употреблять выражения ученые. Он произносил их с иронией, но и с уважением.
Fikr bildirish
Я не понимал поступка Софи; но я не осуждал ее
Fikr bildirish
Яна
Янаiqtibos olmoqda4 oy oldin
моего старика Дессера покажет, — подумал я, — ну, надо будет согласиться, что он колдун!»
Fikr bildirish
Яна
Янаiqtibos olmoqda4 oy oldin
Окончив все официальные посещения, я заехал к одному помещику, старинному знакомому моего отца, с давних пор поселившемуся в городе Т… Я с ним лет двадцать не видался; он успел жениться, развести порядочное семейство, овдоветь и разбогатеть. Он занимался откупами, то есть ссужал откупщиков залогами за крупные проценты… «Риск — благородное дело!» Впрочем, и риску было мало. В течение нашей беседы в комнату нерешительными, но легкими шагами, словно на цыпочках, вошла девушка лет семнадцати, тоненькая и худенькая. «Вот, — сказал мне мой знакомый, — старшая моя дочь Софи, рекомендую; заменила мне покойницу; хозяйничает в доме, за братьями и сестрами наблюдает».
Fikr bildirish
Яна
Янаiqtibos olmoqda4 oy oldin
Звали его Ардалионом.
Fikr bildirish
меня дошли слухи, что семье удалось, наконец, отыскать заблудшую овцу и вернуть ее домой. Но дома она пожила недолго и умерла «молчальницей
Fikr bildirish
. Я не понимал поступка Софи; но я не осуждал ее, как не осуждал впоследствии других девушек, также пожертвовавших всем тому, что они считали правдой, в чем они видели свое призвани
Fikr bildirish
Я ничего не понимал; я не понимал, как могла такая хорошо воспитанная, молодая, богатая девушка бросить всё и всех, родной дом, семью, знакомых, махнуть рукой на все привычки, на все удобства жизни, и для чего? Для того, чтобы пойти вслед полусумасшедшему бродяге, чтоб сделаться его прислужнице
Fikr bildirish
— Кто это ему прислуживает? — спросил я. — А не знаем, батюшка, кто такая; тоже спасается, чай, грехи заслуживает. Ну да уж и святой же человек
Fikr bildirish