Святой Равноапостольный князь Владимир. Он мог бы остаться очередным князем, погрязшим в усобицах, но выбрал другое. Он понимал, что выбор веры — не жест, не ритуал, а решение, формирующее «скрепы»: статус, культурную связанность, административную модель и язык будущего. К тому времени Русь представляла собой все еще слабо связанную внутри, подверженную давлению снаружи, и не имевшую безусловного общего центра притяжения. Религия становилась не только вопросом убеждений и веры, но и способом установить ориентиры и выстроить единый контур власти.
