Kitobdan iqtiboslar  «Ничего они с нами не сделают» (Драматургия. Проза. Воспоминания)

Toʻliq oʻqish va tinglash
Bepul parcha
Он не прижился в северном мире. Северный мир был ясен, прост и в то же время жизнеопасен. Северный мир не стелился лугом, где ходят рядом кони и женщины. Мир этот был индустриален, колхозен, однопартиен, суров. Он был непонятен этому миру. Не то москвич, не то одессит. Не то очкарь, щелкопер, придумщик. Не то буденновец, конармеец. Однако Буденный его не терпит, имени его не выносит. Но любит Горький, наш буревестник, великий пролетарский писатель. Кто же он? Свой или чужой? Мир был широк и необъятен, но место найти в нем было трудно.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
КЛОДИЙ. Дион, что это вдруг на тебя напало? Когда же этот мир жил по другим законам? ДИОН. Да, если б все это творилось до нашей эры, я бы молчал. Но ведь все это происходит уже в нашей эре! В нашей эре! Ты должен меня понять.
Fikr bildirish
властный, а для меня ты… ПЕТР (прижимает ее
Fikr bildirish
И ты здесь гостишь? (Обнял, потряс, пошлепал по бокам.) В соку
Fikr bildirish
радостной благодарной дрожи. В каком
Fikr bildirish
такое — живой человек? Три четверти
Fikr bildirish
Не сохранила, не сберегла, не увезла от двора в деревню, больше того, заставила мучиться.
Fikr bildirish
того, как в двадцатом веке, в черном
Fikr bildirish
спецслужбы — какая убийственная развязка! Судьбе угодно было
Fikr bildirish
Я поправился ко второму спектаклю. Никогда не забуду, как собирался, как мысленно торопил минуты, как все поглядывал на часы.
Fikr bildirish