Kitobdan iqtiboslar Еретики: повести и рассказыmuallif Максим Кабир
— Сделаю, Александр Моисеевич.
— Вот и чудесно. — Комиссар вышел из-за стола и пожал Прасковье руку. — Молодец ты. Большевичка. Сиськи здоровенные.
1 kishiga yoqdi
Повесть
«Единственный демон, который останется на территории нашей Родины, — демон революции».
Лев Троцкий
1 kishiga yoqdi
— Дайте мне шелков обоз с девкой пухлою… лижутся попы взасос с мерзкой Ктулхою. — Степа развел в стороны руки и пошел вприсядку вокруг колодца. — Разливайте самогон да с грибочками… ждет конармию Дагон за лесочками…
1 kishiga yoqdi
— Анекдот, — сказал Тетерников. — Обратились последователи Ктулху к своему богу, говорят, дай нам мудрую книгу. Раз — появляется «Некрономикон». Обратились и последователи Глааки к своему богу. Раз — «Откровение» в двенадцати томах. Обращаются, значит, к своему богу христиане. Раз — перед ними томик Маркса и Энгельса «Об атеизме, религии и церкви». И голос такой: «Нет меня, дураки»
1 kishiga yoqdi
Повесть
«Единственный демон, который останется на территории нашей Родины, — демон революции».
Лев Троцкий
Усыпальницу из блоков белого песчаника венчал купол с крестом, фреска в фронтоне изображала Деву Марию с Предвечным младенцем.
Музыкант не выглядывал в зал, он боится, что там никого нет, что футурист распугал публику рифмами: «испокон — Некрономикон».
— Анекдот, — сказал Тетерников. — Обратились последователи Ктулху к своему богу, говорят, дай нам мудрую книгу. Раз — появляется «Некрономикон». Обратились и последователи Глааки к своему богу. Раз — «Откровение» в двенадцати томах. Обращаются, значит, к своему богу христиане. Раз — перед ними томик Маркса и Энгельса «Об атеизме, религии и церкви». И голос такой: «Нет меня, дураки».