Можно сказать, что по мере «перетекания» идеи в мысль, идею в ее «чистом» виде (то есть в виде «сгустка» смысла) уже невозможно увидеть ни в том, ни в другом сосуде: в первом ее уже нет «физически», а во втором — она завуалирована теми образами, посредством которых мы пытались ее зафиксировать, поскольку за каждым вторичным средством — словом языка, метафорой, образом, символом, аллегорией, — в свою очередь, скрываются свои образы и эти образы, заслоняя первичный образ, уже мешают нам вспомнить идею в «чистом» виде: за лесом мы уже не видим того дерева, описание которого было нашей целью — оно просто исчезло за частоколом других деревьев.
