неписаному закону челымского лагеря, намного перевыполнять норму было нельзя, лагерное начальство на перевыполнение реагировало мгновенно, и повышало ежедневную выработку для всех лесорубов. И получалось так, что двое-трое добросовестных и сильных работников, могли сделать непосильной ношей ежедневную норму для других, уже ослабевших от каторжного труда и голода, арестантов. За невыполнение недельного плана пайка хлеба урезалась вдвое. И без того обессиленный заключенный на урезанной пайке слабел на глазах, и наступал день, когда работать он больше просто не мог. Если арестант числился в лесной бригаде, он был обязан выходить на работу в каждый день. Освобождение от работы по болезни давал вольнонаемный врач, попасть на прием, к которому, из-за огромного числа желающих было просто невозможно. Да и врач, по личному приказу начальника лагеря, мог освободить от работы только трех больных арестантов на одни сутки, а челымский лагерь насчитывал без малого три тысячи человек.
